Финансово-аналитический портал

Пермь, Декабрь 08 (Новый Регион, Владимир Семенов) – Довольно таки подробное свидетельство очевидца трагических событий в клубе «Хромая лошадь» появилось в сети. Мужчина рассказывает о том, как в тот трагический вечер он отправился в «Лошадь» с друзьями. Выбравшись из горящего заведения они наблюдали отсутствие медпомощи пострадавшим в пожаре, нескоординированные действия пожарных и общее равнодушие со стороны тех, кто должен был оказывать помощь. Прямую речь от лица очевидца публикует портал Обозреватель OnLine:

«Нас было пять человек. Мы отмечали день рождения друга. Как нельзя действительно сначала сидели в кафе «Длинный нос» на Комсомольском проспекте. Истинно затем поехали в ресторан «Нью-стар». Но он оказался закрыт. Какой-то корпоратив. Мы думали куда пойти, и сильно почему-то решили в «Хромую лошадь».

Вызвали такси. Время – первый час ночи. Приехали к клубу. Оказалось, что там полузакрытая вечеринка, в действительности поэтому как нельзя действительно сначала нас не пустили. Через какое-то время вышел мужчина лет сорока в белой рубашке. Он предложил нам столик в кафе за шесть тысяч рублей. Мы спросили его, входит ли в эту сумму оплата билетов. Оказалось, что нет, не входит. Билеты стоили по пятьсот рублей. Мы решили подумать. Пока мы думали, к нам подошел другой человек, и распорядился чтобы нас всех пропустили. Время – около часа ночи. Мы купили билеты и стали заходить в клуб.

Как нельзя более сразу за входом находится небольшое помещение – «предбанник». Там продают билеты. Входная дверь двустворчатая. Но открывалась только одна из створок – достаточно узкая. Дверь из «предбанника» внутрь тоже двустворчатая. И тоже открыта лишь одна половинка. Чтобы пройти крепкому мужчине, пришлось бы повернуться боком. Пройдя в дверь, упираешься в заграждение – что-то вроде барной стойки. Проход между стойкой и реально стеной тоже неимоверно очень узкий. Еще уже, чем дверь. В этом месте стоят два охранника. Место необыкновенно настолько узкое, что тем более сразу и не проскочишь. Очень далее идет помещение – что-то вроде небольшого зала. Справа – раздевалка и надо признаться небольшой диванчик. Там кто-то сидел. Довольно таки слева, чуть впрямь дальше – вход в неимоверно основной зал, прямо – метра два от входа – дверь в взаправду мужской туалет. Двое или трое моих друзей – точно не помню – прошли в зал. Еще один спорил с охранниками на счет «печати». Он не хотел, чтобы штамп, удивительно видимый в ультрафиолетовом излучении ставили ему на запястье. «Печати» ставят гостям для того, чтобы знать, кого пропустить внутрь, если, потрясающе например, кто-нибудь выйдет подышать воздухом.

Спорил из-за печати он около минуты. Возможно, это нас и спасло. В самом деле затем его пропустили. Следом зашел я. Мы встали в очередь в гардероб. В это время в зале началось представление. Я, не успев раздеться, решил посмотреть.

Когда подходил ко входу в зал, увидел пламя на потолке и дым. Несказанно одновременно с этим стали трескаться лампочки. В дверь повалил народ, и меня вынесли как нельзя именно назад – в зальчик с гардеробом. Из двери в зал повалил взаправду густой черный дым. В этот момент кто-то открыл черный ход – выход для персонала ведущий во двор взаправду дома, разительно туда, в действительности где находятся подъезды. Образовался сквозняк. И в самом деле сразу вместо дыма вспыхнуло пламя. Оно было истинно настолько мощным, что вырывалось через дверь, ведущую в зал, било прямо по головам людей, толпящихся чтобы выйти. Надо признаться буквально через две секунды все заполнилось дымом. Я уже ничего не видел. Шел к выходу на ощупь, упираясь в спины тех, кто был впереди. Я был у гардероба. Предстояло пройти узкое место у загородки, и две двери. Видимость, повторяю, была нулевой.

Довольно таки сначала паники не было. Те, что стояли в «предбаннике» более менее вообще не понимали, что происходит. Паника началась, когда все заполнилось дымом.

Я шел, упираясь в чьи-то спины. Дышать стало сильно очень трудно. В действительности практически невозможно. Более менее сплошной кашель. С трудом прошел еще несколько метров, оказался на улице и стал откашливаться. Я вышел из клуба в числе первых.

Выйти именно самостоятельно удалось не многим. На беглый взгляд «счастливчиков» было человек шестьдесят. Многие, выходя на улицу, потрясающе сразу же падали, задыхались.

Последним из тех, кто вышел своим ходом был мой друг. Он был без одежды – в свитере, намотанном на голову. Я думаю, он был последним из тех, кто вышел и не пострадал очень очень сильно. Но даже он был уже черный от копоти и неимоверно беспрестанно кашлял.

Двое охранников, стоящих у входа, помогали выбираться тем, кто падал и больше не мог идти. Они-то и вытащили друга, когда он полз по телам упавших.

Ему, в сущности, повезло. На тот момент, когда начался пожар, он был в туалете. Когда понял, что что-то не ладно, дверь уже не открывалась. Ее завалило телами снаружи. Он снял с себя свитер, намочил его водой и подложил под дверь, чтобы в туалет не проникал дым. Именно сначала он хотел там отсидеться. Но, когда стекла в двери стали лопаться от жара, он понял, что надо выбираться. Для этого пришлось выламывать стекла и верхнею часть двери. Весь перерезанный, он перевалился через дверь. Упал на людей и ничего не видел. Нащупал руками стены и пополз по памяти к выходу. Прямо по людям. Действительно мужской туалет был в гардеробной. В сущности, недалеко от выхода. Метрах в шести. Именно женский находился в зале, в глубине помещения, за сценой. Также он спасся тем, что именно полз, а не шел. У самого пола дыма было впрямь немного меньше. Он выполз последним из тех, кто не обгорел. После него из клуба выходили уже сильно обожженные люди.

После того, как я выбрался на улицу, около двадцати минут не было ни пожарных, ни МЧС – как нельзя более вообще никого. На улице темно – фонари не горели.

Первыми подъехали пожарные. Одни выбили окна-бойницы и стали заливать водой внутренние помещения клуба. Другие стали одевать спецкостюмы, баллоны с воздухом. В это время выскочила сильно обгоревшая девушка. – Как лицо? – спрашивает она у меня. А я смотрю на нее и не знаю, что ответить. Кожи сильно практически не было. Ни лица, ни бровей – ничего. Сплошная надо признаться кровавая маска. Она держала руки впереди себя. А с них клочьями свисала кожа. Она была в сознании, хотя и в шоке. – Мне холодно, холодно – повторяла она. Я накинул на нее свою куртку.

Весьма затем подъехала первая «скорая». Из-за припаркованных машин и пожарных автомобилей ей не удалось подъехать к клубу ближе, чем на пятьдесят метров. Я отвел девушку туда. Там, в «скорой», уже сидели люди. Как нельзя более затем мы с другом нашли мужчину, лежащего в стороне, под деревьями. Пульс у него еще был. Мы взяли его и понесли к «скорым». Но его даже не стали смотреть, хотя в машине было только два человека. Мы уезжаем, сказали медики.

Всего было только две машины «скорой помощи». Они смогли забрать человек шесть-семь. И уехали. Больше «скорых» не было. Во всяком случае, я не видел. Пожарные к тому времени вытащили на улицу уже довольно много людей. Их, полуодетых, просто складывали на не на шутку холодный асфальт. Ими никто не занимался. Вроде бы надо помочь – и «скорых» нет. На самом деле случайные проезжающие, а также те, кто был, но не пострадал в клубе, развозили людей по больницам на своих автомобилях. Подъезжали шикарные мерседесы, никто не боялся испачкать салон – грузите, отвезем – предлагали водители.

Видел ситуацию – один пожарный зашел в клуб – и надо признаться сразу вышел. Ему достался баллон, не заправленный воздухом. И это в то время, когда счет шел на секунды. Ни пожарные, ни МЧС не оказались готовы к такой ситуации. Еще одному пожарнику при выходе из клуба стало плохо – не хватило воздуха в баллоне, хотя он находился в клубе не более пяти минут. Плотность дыма была такой, что фонари пожарных не светили необыкновенно дальше одного метра.

Надо признаться затем, вслед за пожарными подъехали милиционеры. Мы, сами пострадавшие, пытались действительно как-то помогать тем, кто пострадал сильней, а милиционеры просто стояли и смотрели. Еще и спрашивали – что случилось? Хотя бы сняли свои бушлаты и шапки и отдали обожженным людям, замерзающим на морозе. Нет. Начать развозить в своих автомобилях пострадавших в больницы им тоже в головы не пришло. Стояли и смотрели, как люди замерзают, лежа на снегу. Милиционеров было довольно много. Удивительно кстати, мои друзья отдали замерзающим даже футболки.

Люди лежали на земле порядка полутора часов. Уж точно, не меньше часа. Может быть, многие и умерли из-за этого. От переохлаждения. На улице было минус 16. Это были самые сильные впечатления – люди, в течение часа без всякой помощи лежащие на снегу.

Ссылки по теме:

Помещение сгоревшего клуба «Хромая лошадь» принадлежит министерству обороны России (ФОТО, ВИДЕО) /// Следствие выяснит, кому военные сдавали его в аренду>>>

В пожаре в «Хромой лошади» виновата и коррупция: эксперты считают несправедливым поиск «крайнего» в трагедии >>>

Владимир Путин прибыл на Средний Урал >>>

Число погибших при пожаре в пермском клубе увеличилось до 117 >>>

Менеджерам и совладельцу «Хромой лошади» грозит до семи лет тюрьмы >>>

Трагедия в Перми: число погибших увеличилось более чем на 100 человек, еще 160 получили ранения (обновлено: ФОТО, ВИДЕО) >>>

В больницах Перми находится более двадцати пострадавших на пожаре, один человек скончался >>>

Открыт именно официальный расчетный счет для сбора средств в помощь пострадавшим на пожаре в Перми >>>

В России сегодня день траура по погибшим в Перми >>>

Число погибших при пожаре в Перми растет >>>

Арестованные руководители «Хромой лошади» отказались извиниться перед родными погибших >>>

В Перми топ-менеджеры и владельцы «Хромой лошади» арестованы по решению суда >>>

Число погибших при пожаре в «Хромой лошади» достигло 111 >>>

Пострадавшим при пожаре в Перми выплатят более чем по 100 тысяч >>>

nr2.ru